Отлучки в туалет — самый большой бич ЕГЭ


Автор: sidorenko, опубликовано: 26.06.2015
RIAN_02631273.HR.ru-pic510-510x340-3095

Выпускник мехмата МГУ Илья Белов решил посмотреть, как школьники на Северном Кавказе пишут ЕГЭ, и отправился общественным наблюдателем в Ингушетию. Обилие телефонов и шпаргалок поразило его. Ему пришлось вытаскивать учеников из туалетов, следить за ними в медкабинете и выслушивать взрослых, которые «по-братски» и по-пацански уговаривали закрыть глаза на гаджеты бедных учеников. «Газета.Ru» записала впечатления Белова от работы.
Почему Ингушетия? Мне было интересно посмотреть, как работает система ЕГЭ, а также как пишут экзамен на 100 баллов на Северном Кавказе. Вы, наверное, помните, такое было пару лет назад. Нам, волонтерам, во время инструктажа рассказывали, что в 2014 году было дикое количество нарушений. Но сейчас — в разы меньше. Моя подруга из Ростова-на-Дону формировала группу волонтеров для наблюдения и спросила, будет ли мне это интересно. Так я оказался в Ингушетии. Я был в лицее №1 Магаса, в школе города Карабулак и еще в школе Назрани.
Рамка ног не чует
Первые нарушения появляются еще до 9 утра. Нужно проверять, опечатаны ли помещения в здании проведения экзамена. Бывало, что бумажка не приклеена с одной стороны, а бывало, что приклеена на скотч. Я шел по первому этажу и увидел открытую дверь на улицу! Мне сказали, что там детский сад, откуда нам принесут еду для обеда. Это был лицей №1 в Магасе, столице Ингушетии. Мы только после экзамена сходили в этот детский сад и поели там.
С 9 часов утра запускают детей в школу через рамки металлоискателя. Все зависит от уровня настройки рамок. Бывает, звенит на все, бывает, не звенит на телефон. Я тестировал рамки: клал телефон в карман и быстро проносил ногу через рамку — она не звенела вообще. Я видел довольно часто, как уже после рамки у школьников изымали мобильные телефоны из карманов, носков, ботинок. С ручными металлоискателями, которыми снабжены полицейские, тоже проблема. Школьник может достать из кармана мелочь, связку ключей, сказать, что они звенят, или пряжка ремня — это вообще коронный ответ, ремень же не просят снимать на ЕГЭ. А лезть в карман полицейский не имеет права.
В аудиториях организаторы вскрывают конверты еще до начала экзамена — в 9.55, в 9.50.
Видимо, они считают, что раз дети уже сидят, инструктаж пройден, то чего тянуть. Наблюдатели это отмечают как нарушение в специальный блокнот. Там есть пункт, что конверт был открыт ранее 10.00. И еще в блокноте есть отрывная страничка, куда мы пишем отчет о том, что было плохо.
Первые полчаса дети сидят спокойно. Кто-то решает, а те, кто хотят списать, переписывают условия задач на листочек, чтобы его затем вынести. Я постоянно видел это. Но тут оказалось, что на каждую аудиторию не хватает наблюдателей. Где-то было по двое-трое общественных наблюдателей на пункт проведения экзамена (ППЭ), в котором 10–12 аудиторий, а где-то один. Мне несколько раз выпало работать в одиночку, приходилось ходить по классам. По регламенту наблюдатели не могут сами устранять нарушения, общаться со школьниками или организаторами-учителями. Надо обращаться к руководителю ППЭ или представителям государственной экзаменационной комиссии (ГЭК), которых тоже два-три на пункт. Но если мы будем следовать такому регламенту, то пропустим львиную долю нарушений. Школьники успеют скинуть в урну мобильные телефоны или уничтожить шпаргалки. Поэтому нам приходится самим нарушать наши уставы.
Сутолока в туалетах
С 10.45 начинается активный выход в туалет или в медпункт — всем срочно надо туда! Школьники скапливаются в туалете просто толпами. Обычно заходишь в туалет, а школьники реагируют на звук двери и быстро прячут телефоны и шпаргалки в карманы. На вопрос, чего стоите тут, говорят, что кабинки заняты, все ждут своей очереди.
У меня был случай в туалете в Назрани. Я заглянул туда и увидел, что одна дверь в кабинку открыта, а внутри на корточках сидит школьник.
Перед ним разложен листок с заданиями, и он его усиленно фотографирует.
Я похлопал его по плечу — все, пойдем! А он отвечает: «Иди сам!» Пришлось вызывать организатора, который его вывел.
В столице Ингушетии, на мой взгляд, школьники более… не сказать, что воспитанные, но более сдержанные. А в сельских школах они могут послать, попытаться подраться. У нас одного наблюдателя чуть не побили в туалете. Он туда зашел, а там 12 амбалов, и все неодобрительно на него смотрят.
Вообще визиты в туалет — самый большой бич ЕГЭ. Там все списывают, а у организаторов и наблюдателей нет прав извлечь человека оттуда — вдруг ему действительно туда надо. Тут еще есть проблема для Северного Кавказа. Положение женщины там ниже, чем мужчин, а организаторы в основном женщины. И парни скапливаются в туалете, а на призывы женщин выйти не реагируют, приходится искать организатора-мужчину или полицейского. Это большая проблема. Девочки более мягкие, они выходят из туалета, если их просят, отдают шпаргалки. А мальчики пытаются врать, перепрятывают телефоны, чуть ли не за угол предлагают сходить, поговорить.
Кстати, если бы работали глушители связи, то телефонами в туалетах не пользовались бы.
Телефоны прячут в урны
В аудиториях от списывания, по идее, защищают видеокамеры. Одна — впереди, другая — сзади. Но камерам не хватает обзора. Они захватывают не более двух рядов. А в аудитории три ряда по пять человек. Это пытаются компенсировать: одна камера захватывает ряд А и Б, а другая — Б и В. Часто бывает, что не все места видно.
Обычно за классом следят онлайн-наблюдатели. Могут позвонить и попросить вывести нарушителей. Мне так позвонили, сказали: удаляй человека в такой-то аудитории, место Б5. А там никто не сидел!
Потом оказалось, что перепутали номер аудитории. А если бы я удалил школьника?
В аудиториях тоже списывают. Я увидел парня, который сидел на первой парте и пользовался телефоном. Причем на камерах его было плохо видно. Увидев меня, он спрятал телефон в карман, а мне сказал, что это часы. Достать их он отказался. Тогда я попросил организатора позвать члена ГЭК. Парень тут же заявил, что ему надо в медпункт, а я отправился за ним. В медпункте сидели другие организаторы с учениками. У подошедших полицейских не было металлодетектора, и, когда они ушли за прибором, парень метнулся за ширму, где стояла мусорка, и оттуда послышался явный звук падения телефона в урну. Я сказал: ну вот, вы же слышали, он скинул телефон в ведро. Но все были слишком увлечены своими делами или сделали вид, что не слышали. А парень сказал: «Это не мой, попробуй докажи». Я отнес телефон в штаб, записав место ученика, чтобы потом его действия отследили по камерам. Парня посадили обратно писать экзамен.
Еще была смешная история.
Школьник прямо при мне списывал, а когда я подошел, стал запихивать телефон в носок.
Я подозвал организатора. Вставая, парень попытался судорожно перехватить телефон из носка и засунуть спереди в штаны. Но это у него получилось не до конца. Поэтому, когда мы вышли и он стал члену ГЭК доказывать, что у него ничего нет, разводя руки в стороны, телефон у него торчал из-за ремня.
По-пацански с организаторами
Есть еще проблема: когда ловишь нарушителя, то взрослые — организаторы, руководители ППЭ, члены ГЭК, сотрудники полиции, — они все начинают оказывать психологическое давление, чтобы наблюдатель не фиксировал нарушение. «Ну давайте заберем у мальчика телефон, а его посадим дальше писать экзамен. Семья бедная, несчастливая. Он первый раз, он такой хороший. Я лично буду над ним стоять, следить, что он пишет». Это они делают всем скопом или по отдельности.
В Магасе у меня был такой случай. Когда я вывел нарушителя, меня спросили: ты уже сообщил? А нас просят сразу сообщать, если нарушение выявилось. Я теперь понимаю почему. Тогда я сказал, что еще не сообщил. Тут же начались уговоры по-пацански, по-братски: «зачем тебе это надо», «сам ведь понимаешь». Когда меня это достало, я при всех достал телефон, набрал сообщение и сделал вид, что сообщил о нарушении. После этого один организатор сказал другому по-ингушски какую-то фразу — и все, мгновенно все стихло. Хотя им запрещено общаться во время экзамена на своем языке, только по-русски. Это тоже нарушение.
Некоторые говорят: «Этот школьник мне никто, но зачем ломать ему жизнь?»
Если его поймают с телефоном, то он сможет пересдать только в следующем году и поступление в вуз сейчас для него будет закрыто. А если он напишет на двойку или уйдет по болезни через медпункт, то сможет сдать во вторую волну с резервом. Другие предлагают пойти чаю попить со сладким, с печеньем, тоже отвлекают.
Я еще сопротивляюсь таким наездам, я тут самый старший, после армии, мне 27 лет. А в основном наблюдатели — это ребята 18–22 лет, студенты с первого по четвертый курс. Мне кажется, они несколько безответственно могут подойти к обязанностям.
Еще в лицее Магаса был случай: я вывел из туалета на третьем этаже парня с телефоном, а директор сказал ему спускаться вниз, в штаб. Я тогда был юн и неопытен, думал, что его кто-то из организаторов отведет. Постоял, поговорил с руководителем пункта, а потом тоже пошел в штаб. Этажом ниже решил заглянуть в туалет, поймать еще кого-нибудь. И каково было мое удивление, когда увидел там этого пацана. Мы вышли, и снова началась песня: а что я сделал? Подошла руководитель пункта, тоже спросила, есть ли у него телефон, но он отрицал.
Досмотреть его мы не могли, кроме того, он мог успеть скинуть трубку. Тогда я просто продавил руководителя пункта.
Сказал: «Вы, конечно, можете его посадить писать экзамен, и возможно, у него действительно нет телефона. Но я опишу в своем отчете, что вы его отправили одного и по пути телефон исчез. Решать будут те, кто будет читать отчет». Она поговорила тихо со школьником и предложила: «Давайте, я при вас отберу у него телефон и посадим его дальше писать». Я понял, что телефон еще в кармане, и сказал, что так не получится: либо она спасает его и подставляет себя, либо отбирает трубку и выгоняет его. Она, конечно, выбрала второй вариант, и парня мы выгнали.
Вероятно, организаторы боятся и не хотят фиксировать нарушения, потому что их за это «ругают». Причем «ругают», как я понял, всех: руководителей ППЭ, организаторов, полицейских — у всех свои начальники. По крайней мере, я от представителей всех групп слышал, что, мол, теперь им достанется после фиксации нарушений. Но в целом, я думаю, ситуация улучшается, и уж точно она лучше, чем я себе представлял. Еще говорят, один из самых проблемных регионов сейчас — Дагестан, но я, к сожалению (или к счастью), там не был.


Теги: ЕГЭ Ингушетия опыт

Материалы по теме:

Возвращение сочинения повлияло на рост числа участников ЕГЭ по литературе
Возвращение выпускного сочинения повлияло на рост числа участников Единого госэкзамена по литературе, сообщает ИТАР-ТАСС со ссылкой на главу Федеральной службы по надзору в сфере ...
Минобрнауки рассматривает возможность частично перенести госэкзамены в вузах в онлайн
Минобрнауки прорабатывает возможность частично перенести итоговую аттестацию студентов в 2020 году в дистанционный формат в целях профилактики коронавируса. Об этом заявил в среду журналистам ...
Минобрнауки не будет вводить обязательный ЕГЭ по географии
Минобрнауки РФ не будет вводить обязательный Единый государственный экзамен (ЕГЭ) по географии, сообщили во вторник в пресс-службе министерства. Ранее газета "Известия" сообщила о том, что подготовленный проект ...
Ульяновский губернатор предложил платить учителям по 100 тыс. руб. за каждого стобалльника
Правительство Ульяновской области выделит средства на дополнительные премии педагогам, подготовившим стобалльников по ЕГЭ. Каждый учитель получит премию в размере 100 тыс. рублей за одного ...
Екатерина Толстикова: «Минобрнауки России не рекомендует создавать рейтинги школ на основе результатов ЕГЭ»
21 августа в Большом зале Администрации Томской области прошло пленарное заседание августовской конференции работников образования Томской области «Управление образовательными системами как условие повышения качества ...

Отлучки в туалет — самый большой бич ЕГЭ: 3 комментария

  1. Аватар (Александр)Александр

    Очень уважаю таких наблюдателей, как Илья Белов и считаю, что система контроля за списыванием на экзаменах требует ужесточения.
    В прошлом году я сама писала ЕГЭ (очень рада, что не годом ранее). Готовиться начала еще в начале 10 класса. Меня очень пугала и возмущала ситуация с глобальным списыванием, так как я на это никогда не рассчитывала и полагалась исключительно на собственные знания. Мне не хотелось, чтобы кто-то получил высокие баллы за списывание, было обидно за тех ребят, которые показывали свои истинные знания, но потом поступали «куда попало» лишь потому, что свора лентяев спокойненько посписывала и заняла большое количество мест в престижных вузах, чтобы там дальше раздолбайничать, а потом еще и большим скопом отчисляться за неуспеваемость и оставлять за собой пустые места, которые кому-то были действительно нужны.

  2. Аватар (Dudina)Dudina

    Готовилась я усердно, чтобы не отстать даже от списывающих. Моя мама тратила много денег на репетиторов для меня (за что ей огромное спасибо), так как школьных знаний было далеко не достаточно. Учителя в школе нам даже открыто говорили, что их задача «натянуть нас на минимум», то есть «чтобы хоть кое-как, но сдали», и лишь немногие давали дополнительные материалы. В итоге мой суммарный балл был выше, чем у всех моих одноклассников и я поступила на бюджет именно туда, куда мечтала поступить — на факультет прикладной математики. Мне очень повезло, что именно в прошлом году контроль значительно ужесточили, хотя даже у нас, в Москве, было предостаточно выявленных попыток списывания, а одноклассники открыто признались, что пользовались шпаргалками в туалетах и даже не выходя из аудитории. Тем не менее, ситуация стала во многом лучше по сравнению с предыдущими годами.
    Большое спасибо всем ответственным организаторам и наблюдателям вроде Ильи Белова.

  3. Аватар (Kokronov)Kokronov

    Господа, дело которое проводят волонтёры как Илья заслуживает уважения. Будущие выпускники это ведь врачи, инженеры и тд. И если отменить наблюдение, это будет вообще конец.